Плавание Дэвида Льюиса в Антарктиду

Дэвид Льюис родился в 1917 году в английском портовом городе Плимуте, но его родители эмигрировали в Новую Зеландию, когда Дэвиду исполнилось два года. Вот почему его можно считать коренным новозеландцем. Льюис получил медицинское образование, однако с детства его влекло море в море. Его мечтой стало кругосветное плавание. В возрасте 45 лет он оставил врачебную практику и начал строительство судна, на котором он мог бы осуществить свою мечу — обогнуть земной шар. Это был катамаран — двухкорпусная парусная яхта. В 1965–1967 годы Дэвид Льюис впервые в мире обогнул земной шар на катамаране, потратив на это путешествие целых три года.

Дважды рожденный заново

Во время своих путешествий Льюису довелось пережить немало приключений. Но самые драматические события развернулись после того, когда яхтсмен вышел в одиночное плавание на специально построенной яхте «Айс берд» («Ледовая птица»), поставив перед собой амбициозную цель — в одиночку совершить плавание вокруг Антарктиды, о чем и не мечтали яхтсмены Северного полушария.

Плавание проходило в 1972–1973 годы в крайне тяжелых условиях. Дэвиду Льюису довелось сполна отведать лиха, а дважды события принимали такой оборот, что, выжив, яхтсмен-одиночка мог по праву считать себя заново родившимся на свет.

27 ноября 1972 года в ходе плавания «Ледовая птица» впервые опрокинулась под ударами чудовищных волн. В тот день стрелка барометра опустилась ниже нижней отметки на шкале. Затем разразился самый свирепый ураган из тех, которые Льюису приходилось видеть за многие годы, проведенные в море. Когда яхта все же каким-то чудом встала на ровный киль и приняла нормальное положение, ее капитан был убежден, что для него и судна все кончено. «Ледовая птица» лишилось мачты, обшивка корпуса была повреждена колоссальными волнами, а до ближайшего порта оставалось 2500 морских миль. К слову: этим портом была крохотная антарктическая станция на скалистом побережье, закованном во льды.

Несмотря на это, Дэвид Льюис и не подумал сдаться. Пробираясь среди обломков такелажа и снаряжения, он заделал трещину в переборке каюты немедленно сработал инстинкт самосохранения. Льюис заткнул трещину в переборке и принялся вручную — ведро за ведром — вычерпывать воду из отсека, практически заполненного ледяной соленой водой. Ураган тем временем продолжал бушевать, яхта то и дело вставала на дыбы, и работа по осушению отсека требовала адских усилий.

Спустя 5 часов трюм был практически осушен, но в это время яхту снова опрокинуло порывом ветра, и море ринулось в трюм через поврежденные люки и наспех заделанную трещину в переборке. Пришлось начинать все сначала. Когда ураган наконец начал стихать, Льюис, не снимая насквозь промокшей одежды, рухнул на койку в полном изнеможение. Однако отдых оказался недолгим — сильнейшие удары сломанной мачты о корпус вновь заставили его подняться на палубу и заняться ремонтом.

К Антарктическому полуострову

От прежней мачты пришлось избавиться, обрубив снасти. Льюису удалось соорудить новую небольшую мачту из обломков и вооружить ее подобием парусов из обрывков уцелевшей парусины. Однако площадь этих импровизированных парусов была так мала, что ее хватало только на то, чтобы едва-едва заставить «Ледовую птицу» двигаться. Боком, словно подбитый краб, яхта упрямо тащилась к далекому пристанищу на Антарктическом полуострове.

Потянулись дни отчаянной, почти безнадежной борьбы за существование — ведь при той скорости, какую теперь развивала «Ледовая птица», мореплаватель неминуемо должен был израсходовать весь запас пресной воды задолго до прибытия к месту назначения. Однако Дэвид Льюис не опускал руки. Для того, чтобы выиграть какие-то мили и хоть немного увеличить скорость судна, приходилось бесконечно лавировать, ловя благоприятный ветер. Льюис отморозил руки, которые распухли, начали гноиться и мучительно болеть. Этими-то руками ему приходилось с утра до ночи орудовать блоками, талями, мокрыми просоленными тросами, и худшей пытки, пожалуй, не изобрел бы самый изощренный инквизитор.

И все-таки настал миг, когда на горизонте показался остров Анверс. Мореплаватель вышел к его побережью абсолютно точно, совершив в общей сложности одиночный переход в 5 тыс. морских миль (более 8 тыс. км). Льюису удалось избежать столкновения с айсбергами, которыми кишели прибрежные воды, но когда до станции Палмер оставалось менее 15 км, налетел очередной ураган. Находиться в шторм у побережья для почти неуправляемого судна много опаснее, чем пережить его в море, и «Ледовая птица» вновь устремилась прочь от берегов острова. Лишь спустя сутки, выдержав еще одну битву с волнами, яхта наконец-то вошла в гавань полярной станции.

Дэвид Льюис стал первым яхтсменом, совершившим одиночный рейс к берегам Антарктиды. За выдающиеся достижения в области навигации он был удостоен Высшей награды Американского института навигации в Вашингтоне, золотой медали Королевского института навигации в Лондоне и Австралийского института навигации. А за антарктический рейс 1972–1973 гг. ему была присуждена Чичестеровская награда британской Королевской яхтенной эскадры за одиночное морское путешествие.